2010-03-10, 10:29 Житейские истории 32

Личный демарш Юлии Смирновой

Глупости, как правило, начинаются с фразы: «Я уже самостоятельная»

Два часа продолжительного и качественного рева в туалете почему-то не дали ожидаемого результата. Проблема не исчезла и две полоски на тесте продолжали упрямо лезть в глаза. Юлия всхлипнула. Надо что-то решать. Набрала номер близкой подруги:
— Ты не знаешь, где кроватку можно купить недорого?

Длинные дни, короткие ночи

Всего и сразу хочется всегда. Ежемоментно, ежесекундно. В детстве хочется поскорее вырасти, чтобы «всем показать». В юности хочется получить полную свободу и опять-таки показать неведомым всем. В зрелости хочется…
О том, чего хочется в зрелости, Юля не думала никогда. Потому что ей до зрелости было примерно так же, как ползком до Парижа. Она просто жила. Училась, потом работала, потом неожиданно осознала, что взрослая и может делать абсолютно все, что придет в голову.
— Хочу получить права и пойти на курсы ландшафтного дизайна. Буду дизайнером и заработаю много денег.
— Дизайнеров много, а именитых — единицы, — увещевала мать. Но раз уж Юля решила…
— Я ведь уже взрослая, сама буду своей жизнью распоряжаться.
Распоряжалась смело. На права не сдала, заняла у матери денег на пересдачу. Курсы забросила через полгода — ландшафт-ный дизайн оказался скучной дребеденью. Но, нужно отдать ему должное, познакомил Юлю Смирнову с замечательным мужчиной — Сергеем.
— Я сам дизайнер, поэтому преподаватель из меня, наверное, плохой, — подкупал он честностью слушателей.
— Да нууууу, — в едином порыве голосил хор девушек — соискательниц интересной и манящей профессии.
Юля голосила, как все. Но ей повезло. Сергей именно Смирновой предложил прокатиться на машине до дома.
— Знаете, Юля, я таких одаренных девушек не встречал, — признался он, поцеловав галантно руку.
Она знала, Сергей очень несчастен в браке. Жена уже 12 лет «сидит на шее», дети — форменные обормоты. И как-то легко взяла на себя роль музы, наперстницы, любимой женщины и нежной феи. Полетели длинные дни без Сережи и короткие ночи рядом с ним.

Нерешаемая глупость

Когда был жив дед, он всегда говорил: «Женатый мужчина — запретный мужчина». Неправ был дед. Сидит Юля в туалете, плачет, думает. Почему ее любимый оказался таким жестоким?
— Знаешь, Сережа, у нас скоро ребеночек будет.
— Точно?
— Ну, наверное. Ты не рад?
— А зачем тебе ребенок?
— Почему мне?
— Потому что у меня есть. Двое. И жена.
— И что мне делать?
— Что хочешь. Я тебя высажу у магазина, у нас дома сегодня гости, нужно пораньше вернуться.
Нерешаемой проблеме Юли уже третий месяц. Еще немного, и проблему будет видно всем. И маме, и подругам. А потом проблема будет кричать ночами. Требовать есть. Будет срыгивать молоко, делать в ползунки…
Дальше мысли почему-то не шли. Иногда казалось, это не сложно: выносил, родил, и все. С другой стороны — это ведь навсегда. Ребенок-то! Никуда потом не денешь, в карман не положишь.
— Так что там насчет кроватки детской?
— Юлька, ты что, бере-менная?
— Нет, это для знакомой…
— Это от препода? От Сергея Геннадьевича? Крууууто. А ты знаешь, про вас его жена знает. Она моей матери подруга. Звонила вчера, спрашивала про ту, с кем ее муж гуляет.
— А мать твоя что?
— Так она ведь не знает.
— Я тебе потом перезвоню, ладно?
Боже, боже, что с этим делать? Нужно маме как-то рассказать, что ли. Может, поругает, да и подскажет, как дальше быть.
— Мам, ты скоро с работы придешь?
— А что?
— Ну, поговорить надо.
— Денег у меня нет. Ты же у нас самостоятельная.
— Да не денег мне. Ладно, потом.
«А еще у детей колики бывают. А еще понос. И этот, как его, запор». В голове Юли крутилась и оседала бесконечная мешанина обрывочных знаний о детях и их «выращивании». Все, что можно, кроме ответственности за сделанное.

Думай сама

Мать долго молчала. Настолько долго, что Юле стало казаться, что она не заговорит никогда.
— Я кроватку нашла, — невпопад сказала Юля.
— Как это могло произойти?
— Ну, мы, ну, я как-то не брала в расчет… — залепетала Юля.
— Как это могло произойти со взрослым самостоятельным человеком?
— Я готова нести ответствен-ность.
— Ты? Готова? — мать всерьез удивилась. — Готова воспитать ребенка без отца, без жилья, без садика и без денег? Ты?
— Ну, я же самостоятельная.
— Вот раз самостоятельная, так сиди и решай самостоятельно свою проблему, — мать тяжело встала со стула.
— А что делать?
— А ты подумай.
…Проблема не решалась. Вот уже бездну времени Юля сидела в туалете, закрывшись, как ей казалось, от всего мира. «Будет мой личный демарш, — думала она мстительно. — Раз они не хотят помочь, пусть теперь терпят. До вечера не выйду из туалета, пусть знают». Ее личная самостоятельность и «взрослость» как раз и распространялась только на «туалетные выпады». На большее ее не хватало.

***

Мать сидела в комнате и смотрела в окно. Она видела женщину с коляской, видела ребенка с совком и ведерком, видела подростка с портфелем. У всех у них почему-то было лицо Юльки. Маленькой любимой глупой Юльки, которая так больно ее обидела. Она не сможет предложить дочке избавиться от ребенка. Она будет вставать ночами к кроватке, покупать фруктовое пюре. Потому что она мать. Глупой самостоятельной безответственной будущей родительницы.

Новости редакции / Блоги

Популярное