2014-02-22, 21:30 Новости Нона Лобанова 8 2 146

Наши защитники. Виталий Карлинский, ветеран Афганской войны: «Я убит под Баграмом»

У Виталия Карлинского — 23 награды за службу в Афганистане. В том числе медаль «За боевые заслуги» и орден Красной Звезды — посмертно

karlinskiy
Виталий Карлинский, ветеран: «Вы знаете, что такое Афганистан? У местного населения два занятия: они всю жизнь воюют и скот держат. И за всю историю никто их не поработил, хотя многие пытались. Для них шурави, как они нас называли, были врагами святой веры, и война с нами считалась священной, сам Аллах благословил убивать «неверных»… Ребята рассказывали — пацан сидит, лет семи, к нему подходишь, конфетку даешь. Ты отвернулся — он тебе очередь в спину из «калашника»… Теперь американцы там, и их там бьют, и им теперь уже не до стратегических задач, шкуру бы унести».
Фото © Юрий Шаров, revda-info.ru

Орденом Красной Звезды гвардии младший сержант Виталий Карлинский за выполнение боевого задания в Афганистане награжден… посмертно. В наградном листе так и написано. После боя на высоте под Баграмом, в январе 1984-го, когда разведгруппа — 17 бойцов роты особого назначения 345-го отдельного парашютно-десантного полка и 10 прикрывающих — попала в душманскую засаду, его поначалу сочли за мертвого. Весь в крови, он лежал, уткнувшись лицом в землю, в одной руке зажат штык-нож, в другой — граната с выдернутой чекой.

Дрались один к сорока. Приказ был: держать высоту, скоро будет подкрепление. Выжили трое, включая меня, один впоследствии умер. Двое осталось из 27-ми… Но боевую задачу выполнили.

— Это все мне потом рассказали. Сапер опытный был, а то бы… — немного смущенно говорит Виталий Наумович. — Я очнулся в госпитале. Выяснилось, что без сознания находился девять суток: сначала в Кабуле, потом доставили в Ташкент. Контузия головы. Последнее, что помню: упал, стянул берет, а он красный и горячий…

Задачей батальонной разведки, где служил Карлинский, было обнаружение банд моджахедов и караванов с оружием — «дружественной помощью» Америки и Пакистана афганскому «сопротивлению» — и наркотиками. Ведь через Афганистан лежал (и лежит) один из самых проторенных наркотрафиков в мире. В тот раз разведчики выслеживали караван, везший с полтонны героина.

— Нас закинули, два дня шли за ними, — бывший разведчик роняет слова скупо (армейский навык?). — У груза солидное сопровождение — больше тысячи человек. В общем, дрались мы один к сорока. Приказ был: держать высоту, скоро будет подкрепление. Выжили трое, включая меня, один впоследствии умер. Двое осталось из 27-ми… Но боевую задачу выполнили.

Родился и вырос Виталий в городе Алмалыке Ташкентской области (Узбекистан). Окончил восемь классов, профучилище. К армии успел «закрыть» норматив КМС по вольной борьбе. Призвался в октябре 1982 года. Сперва попал в учебку ВВС в Оренбурге.

— Приехал капитан ВДВ: «Кто из Средней Азии?» Молча записал наши данные, выбрал семнадцать ребят. Так я оказался в спецучебке разведки в Термезе, это Узбекистан, граница с Афганистаном, а у них там город Мазари-Шариф. Ну, вот речка, Аму-Дарья, вот мост, на одном берегу их пограничники рыбу ловят, на другом — наши. Через несколько месяцев, в начале 1983-го, нас погрузили в «бэтээры», перешли мост — и все, Афганистан. Баграм, 345 отдельный парашютно-десантный полк. Тот самый, легендарный, который участвовал в захвате Дворца Амина. И наша «Востротинская рота», как ее называли по командиру — легенде ВДВ и спецназа генералу-полковнику Валерию Александровичу Востротину, Герою Советского Союза, — в голосе ветерана звучит гордость.

За его плечами — пол-Афганистана, 9 боевых операций: Баграм, Кандагар, Кабул… «это не считая мелких боевых выходов». Представлен к медали «За боевые заслуги». В одном из «боевых» получил ранение, но, как только смог стоять на ногах, «выпросился» из медсанбата обратно в свою роту: «Соскучился по ребятам».

— Скажу «не страшно было» — не поверите ведь. Конечно, страшно. Но человек ко всему привыкает. Даже к войне. Тем более, когда тебе 19, ты здоров и полон сил, и рядом боевые товарищи, в которых ты уверен, как в самом себе.

… Будь его воля, он бы вернулся в строй и после второго ранения: но «куда такого бойца, живого места нет, пластина в голове». Полгода по госпиталям — из Ташкента отправили в Москву, в госпиталь им. Бурденко. Комиссовали. Вернулся в родной Алмалык. Окончил ташкентский политехнический институт, только по специальности так и не работал: «не мое это», всю жизнь слесарем.

— Не привык без дела, без работы сидеть, хотя мог бы, с 20 лет: пенсия. Инвалид второй группы. Перебрались в Ревду, 13 лет слесарил на СУМЗе. И сейчас работаю, сколько здоровье позволяет… Нет, я не жалуюсь. Я никогда не жалел, что попал в Афганистан. И никогда не говорил, что эта война была зря, что воевали ни за что. Все правильно было сделано. Понимаете, мы бы тогда не зашли — зашли бы американцы. И вся Средняя Азия оказалась бы под ними… А мы просто делали свою работу! Мы защищали Родину.

Новости редакции / Блоги

Популярное