2014-02-23, 10:15 Новости Нона Лобанова 467

Наши защитники. Ветеран Афганистана Захар Апкаликов: «А к пулям привыкаешь»

Ветеран Афганистана Захар Апкаликов до сих пор любит духовой оркестр: так встречали с «боевых» в Афганистане

apkalikov
В Захаре Апкаликове сразу чувствуется защитник Отечества: надежность, уверенность, сила. Ведь Отечество, защиту которого мужчина берет на себя по праву рождения, — это все, что дорого: семья, близкие, дом, просто окружающие люди. Захар Михайлович уверен, что «быть мужчиной» его научила армия — и служба в Афганистане.
Фото © Владимир Коцюба-Белых, revda-info.ru

— Я был настроен на армию с детства. Родился и вырос в Янауле, когда окончил десятилетку, моя семья переехала в Ревду, отсюда и призывался, в 1986 году, после первого курса техникума в Сарапуле. Целенаправленно шел в десант. Физические данные позволяли (имел второй юношеский разряд по гиревому спорту и лыжам). От военкомата меня направили в школу ДОСААФ, летом 1986-го — двухнедельные сборы, три прыжка. Результат: я уже умел укладывать парашют. Ведь что такое неправильно сложенный парашют? В реальных условиях он будет стоить тебе жизни. Именно потому, что это жизненно важно для десантника, в учебке — это наряд вне очереди. Я не «схлопотал» ни одного наряда. Считаю, что ДОСААФ должен быть, чтобы ребята готовились к армии, получали специальность, чтобы легче им было служить. И в первую очередь — моральная готовность.

— Учебная дивизия ВДВ в Янаве (Литва), 301 полк. Мандатная комиссия — распределение по ротам. Каждый офицер сам подбирает себе будущих бойцов: ему лепить из молодого балбеса солдата, ему с ним служить потом. Та же выборка была потом в Афганистане, кстати. Желание самого призывника учитывалось, во всяком случае, у меня так было. Трижды звали в разведку, но я считал: не готов. Знал, что такое разведрота: ребята живут просто в горах, честь и хвала им… В итоге — командир отделения БМП-2 (боевая машина пехоты).

— В Афганистан никого насильно не отправляли. Предложили. Никто не отказался. Отцы-командиры и отцы-замполиты нам мозги вправляли будь здоров: как надо. И готовили — если решил туда — будь здоров. Сумасшедшие стрельбища, дневные, ночные… Тактико-боевые учения. Механики-водители у нас, «молодые» совсем, уже умели ехать след в след, потому что там, не дай Бог, ушел со следа — на мину попал.

— 5 мая 1987 года мы прилетели в Кабул. Стояла дикая жара, сразу захотелось пить. Дизентерия включается автоматически. Кто со среднеазиатской учебки, им, конечно, проще было, попривыкли, а после Литвы… Я полгода привыкал. Привык, научился распределять запасы воды… Привезли в полк, собрали в клубе, раскинули пачку фотографий: изуродованные тела… «Смотрите, ребята, смотрите. И не глупите, никакой «самодеятельности» — вот что от этого бывает».

— Кабул, 357 полк, первый батальон, первая рота. Первый боевой выход (два месяца мы вообще не выходили на боевые, можно сказать, продолжалась учебка: лазили по горам, изучали горную тактику, стреляли). И вот поднимают в 4 утра — на сопровождение колонны. Сидим на броне, командир взвода: так, справа — ваши сектора, с левой — ваши. На случай обстрела. Ты смотришь на эти горы и ждешь, щас она… А «дедушки» следят за тобой, усмехаются снисходительно. Страх, конечно, есть всегда (и должен быть! Надо лишь научиться контролировать этот инстинкт самосохранения), просто привыкаешь. Ну, пуля просвистела… Это становится обычным.

Привезли в полк, собрали в клубе, раскинули пачку фотографий: изуродованные тела… «Смотрите, ребята, смотрите. И не глупите, никакой «самодеятельности» — вот что от этого бывает».

— «Молодые» закреплялись за старослужащими. «Старик» своих «подопечных» обучает всему, что сам знает, не то что нянчится, а опыт передает — как вести себя в горах, как в «зелёнке», на прочесывании кишлака. Пока не обучил смену, его домой не отправят. Нашего командира взвода — ему 23-24 года было, незадолго до нас зашел — так же старослужащие обучали. От этого жизнь зависела.

—В горах тихо идти невозможно. Духи ходят по ущельям. И где речушки, там всегда минировано. Бронежилет, груз от 40 до 50 килограммов: боеприпасы, три спальный мешок, три фляжки с водой, (по 1,5 литра), сухпай, автомат. А еще по очереди несешь воду в так называемых химчулках. Видишь, кто-то не справляется. Берешь у него автомат, он не тяжелый, но всегда мешается. Потом сухпаек раскидываем. Но никогда — боеприпасы. Без них в горах ты никто. Боеприпасов можно взять хоть сколько, сколько сам унесешь… Делились водой друг с другом, всем делились.

— Возвращавшихся с «боевых» встречали с оркестром. Правда. Это праздник, когда своих ребят видишь живыми-здоровыми. Кто бы ни был, командир, «молодой» — они все с себя скинули и — в баню, а те, кто оставался в части, снаряжение убирают, складывают; бывает, что-то почистишь (автоматы, конечно, до блеска чищены не бывают там)… Именинника на сутки освобождали от всех обязанностей по внутреннему распорядку. Ему можно целый день на кровати валяться. Дни рождения отмечали, печенье покупали, газировочку, тортики делали. Здорово было!

— К медали «За отвагу» я представлен за выполнение боевого задания во время операции «Магистраль» в провинции Хост (тогда мои родители и узнали, где я служу — пришла благодарность от командования части). Выводили войска. Наша задача заключалась в прочесывании кишлаков, уничтожении «бородатых», духов то есть, и обнаружении огневых точек противника и складов боеприпасов и продовольствия. Хост — это самая граница с Пакистаном, приходящие оттуда караваны здесь разгружаются. Нашли такой схрон, встали на засаду, сидим, ждем, кто-то должен прийти. Ну, мы три дня ждали, дождались, уничтожили «хозяев»… А вообще награда — не показатель боевых заслуг; она просто могла не дойти. Был такой случай: перед нашей колонной вышел дух, с гранатометом, стреляет по переднему танку. Механик-водитель разворачивает танк на оси, граната уходит рикошетом. Народ еще не очухался, что происходит, а этот уже заряжает вторую гранату — танк опять крутится… Парень спас свой экипаж, закрыл броней тех, кто сверху на технике. В том числе командира (батальонный командир — батя — всегда на головной машине). Танкиста должны были наградить. Но награда «не прошла».

Именинника на сутки освобождали от всех обязанностей по внутреннему распорядку. Ему можно целый день на кровати валяться. Дни рождения отмечали, печенье покупали, газировочку, тортики делали.

— Ранение получил напоследок. Ну, какое ранение? Так, царапина. Всегда с нами ротный санинструктор, мы называли его «таблеткой», везде их так называли. Перебинтовали, обработали, укол, чтобы заражение исключить, и — вперед. 22 января 1989 года я покинул Афганистан, переслужив четыре с половиной месяца. В этот день мы всегда встречаемся с боевыми друзьями.

— Уважаю тех ребят, кто отдал свой воинский долг. Пользуясь случаем, поздравляю всех с Днем защитника Отечества, раньше это был День Советской Армии и ВМФ. И между прочим, защитники Отечества — не только мужчины, но и наша красивая половина. В общем, с праздником всех, кто служит Родине. Крепкого здоровья и — всегда дожидаться тех, кого ждешь!

Новости редакции / Блоги

Популярное