«Леший водил»: воспоминания Виктора Герасимова, трое суток плутавшего в лесу

«Леший водил», — уверенно, без тени сомнения, называет 63-летний Виктор Герасимов, грибник, заблудившийся в лесу — без телефона — на Гусевке и проплутавший трое суток, причину своих скитаний. А иначе чем, как не происками лесной нечисти, можно объяснить тот факт, что он, лесовик с полувековым стажем, заплутал в 10 километрах от родного города? — Всю […]

2015-08-02, 18:03 Новости 1 2 280

«Леший водил», — уверенно, без тени сомнения, называет 63-летний Виктор Герасимов, грибник, заблудившийся в лесу — без телефона — на Гусевке и проплутавший трое суток, причину своих скитаний. А иначе чем, как не происками лесной нечисти, можно объяснить тот факт, что он, лесовик с полувековым стажем, заплутал в 10 километрах от родного города?

— Всю жизнь по лесам — отец сызмальства брал с собой нас с братом, по грибы да на рыбалку. Округу исходил! — сокрушается Виктор Павлович.

На поиски пропавшего грибника были брошены три отряда: полицейские и МЧС трех городов (Ревда, Первоуральск, Екатеринбург), не считая волонтеров, но вышел он сам — в районе Ильмовки.

Герасимова мы находим в больничной палате терапии — застудил почки за три лесные ночевки. Он лежит под капельницей, но глаза блестят и вид вполне бодрый. Здесь, в больнице, все в курсе его истории (герой дня!), но соседи-пациенты с интересом прислушиваются к нашему разговору, периодически вставляя свои реплики.

v-bolnitse

 

Поворот не туда

23 июля, в четверг, вечером Виктор Павлович с сыном и дочерью отправился за грибами — на Гусевку. В этих местах, говорит он, частенько грибовал по молодости, когда еще здесь ходил мотовоз: «Вдоль линии грибов было пропасть, народу-то мало, это сейчас, как автодорогу сделали, все истоптано». Потом тоже, бывало, хаживал сюда, но редко. «Этот лес надо знать», — признается.

— Телефон я с собой не ношу, я редко куда названиваю. Ну, перекликались со своими, отвечали друг другу. А потом кричу-кричу — никто не откликается, видать, я круг-то дал и двинул не в ту сторону, — рассуждает по ходу своего повествования Герасимов и продолжает: — Шел, кричал. Вышел к высоковольтной. Темнеть как раз стало. Что делать, придется ночевать, утро вечера мудренее. Разжег костер (ладно, зажигалка была), лапнику наломал, полежал, подремал, какой сон-то при таких делах.

На второй день, отдохнув и не теряя бодрости духа, он направился вдоль высоковольтной линии, как определил, к Ледянке: до Нижних Серег, по его расчетам, километров 30-40, а до Ледянки — двадцать.

gerasimov

— Шлепаю — увал за увалом. Один перевалил, снова увал. И все нет Ледянки! К вечеру смотрю: опять увал… Остановился, ноги устали. Подумал: хватит, надо идти обратно, что-то не то. Переночевал, а утром в обратном направлении пошлепал. Вернулся почти на исходную точку, высоковольтную пересек, вниз спустился, и вскоре увидел свежий след: газик или уазик, похоже, проходил. Ну, думаю, все равно ведь он откуда-то приехал — доберусь дотуда, какая уже разница.

Шел по этой колее, шел, долго. Еще одна ночь миновала. Две вывески попались: «Первоуральское охотничье хозяйство». Отдыхать несколько раз садился, как спина заболит, ноги загудят. А потом…

— Сел у елки — это в 11-м было, слышу: голоса. Оказались парень с отцом, пожилым таким мужчиной, тоже грибники. «Здрасьте» — «Здрасьте» — «Я куда попал?» — «На Ильмовку идешь». То есть это я за три дня не меньше сорока километров дал!

 

Свет не без добрых людей

Грибники охотно объяснили заплутавшему «коллеге» дорогу к станции. Потом, подумав, молодой человек сказал ему: «Нет уж, лучше сидите здесь, мы места знаем, сейчас вверх пройдем, грибы пособираем, и пойдете с нами, а то там две дороги, свернете опять не туда». Снабдили Виктора Павловича сигаретами — полпачки, которые с собой брал, давно кончились. Через час вернулись, вывели его к садам, показали: вниз по дороге, и станция, километров шесть еще. Хорошо, попутка подобрала.

На станции Ильмовка Виктор Павлович сел в электричку. Денег — ни копейки, кто ж знал, что так получится. Но его история так впечатлила одну из попутчиц, что она дала ему 35 рублей, а кондуктор «отчеканила» билет подешевле.

— Добрых людей у нас много. На вокзале в Ревде два полицейских стоят, молодые ребята, я к ним, дайте позвонить жене, чтоб меня забрали. Они позвонили. Дочь приехала, плачет и смеется: ну ты, папа, даешь, не пущу больше в лес, не надо нам таких грибов!

— Вот и все мои приключения, — благодушно улыбается Виктор Герасимов, глядя в белый больничный потолок. И, после минутного раздумья: — Нет, вот как есть леший, бес. Что я ему сделал, чем насолил, не знаю. Как только он меня бросил, так я сразу и попал на езжую колею, которая меня вывела. Забыл поговорку про беса, как мы раньше, пацанятами, говорили, смешная такая поговорка.

 

Ад неизвестности

Что пережили жена и родные Виктора Герасимова (у него четверо детей — сын и три дочери, семь внуков) за трое суток его отсутствия, страшно даже представить. Время тянулось бесконечно. Наталья Васильевна, супруга, жила на одном корвалоле («Столько выпила, что сожгла им все, наверно»), не выпуская телефон из рук и вздрагивая от каждого звонка. Но сейчас, вспоминая те кошмарные дни, она в первую очередь говорит о муже:

— А он-то, он-то, бедный, как настрадался, пока бегал по лесу с глазами на затылке. Пришел домой: толстым никогда не бывал, а тут и вовсе кожа да кости остались. Надо ж такому случиться, сколько по лесам ходил, детишек всему обучил, и такая проруха.

Дочки даже «к экстрасенсам» съездили. Экстрасенс в первый раз сказала: «Живой он, блуждает». А на второй: вижу, мол, лежит, и фуражка на земле валяется.

Ей никто не поверил: не мог папа пропасть, нет, он найдется… И — искали, искали, искали…

 

«Без огня бы я засох в этом лесу»: Виктор Герасимов про свой лесной быт и путевые впечатления

kureniye

— Ладно, я курю, а то без огня засох бы в этом лесу! И оделся — как чувствовал — тепло, не по погоде. Трико, джинсы, штаны болоньевые, футболка, свитер, куртка. И фуражка — плотная, с козырьком: я без нее в лес не хожу, нельзя в лес с голой головой.

Лесные ночевки мне не впервой. На рыбалке, в палатке. А в молодых летах и палатка не требовалась: лег у костра, фуфайкой прикрылся, пеньков смолянистых наложишь и лежишь как в бане, один бок нагрел, на другой перевернулся…

Но все равно земля сырая, лапник и костер не спасли. Для костра сухостой ломал и ножом бересту с дерева, свежая береста плохо разгорается, зато потом горит долго. Утром прохладно становится, подброшу в костер, погреюсь, только рассвело — я пошел. На третью ночь дождь лил, насквозь промок, хотя и под елку забрался, где ветки низко, носки шерстяные — хоть выжимай.

Совет от Виктора Герасимова: как не заплутать в лесу

Главное — в панику не удариться. Все равно куда-то выйдешь, не глухая ведь тайга, кругом населенные пункты. Искать дорогу — железную, автомобильную. Огляделся, сориентировался по приметам, где юг, где север. Какие приметы? Ну, мох на дереве с северной стороны растет, а ветки чаще и длиннее с южной, это верная примета. А вот с муравейником примета «не работает»: это раньше муравейники, может быть, только с юга стояли, а сейчас они с любой стороны могут быть, и даже вовсе без дерева. Я-то сориентировался, но беда моя была в том, что я не знал, с какой стороны зашел.  Надо обязательно заметить, с какой стороны в лес заходишь, к примеру, с севера, значит, потом идти на север, с юга — так на юг.

Да комары! Коричневые, злые! Голова курточкой замотана, как залазят? Вроде, ни одной щели нету, а вот пищат и пищат в ушах. Слава богу, мошкИ не было, она бы заела насмерть.

Грибы свои, какие набрал (пакет опят — ведра два, да полтора ведра банка моя рыбацкая — одни белые), я на второй день вывалил, чего таскать такую тяжесть. Банку не бросил, она моя любимая, всегда с собой, что на рыбалку, что по грибы, так же, как фуражка.

Питался малиной да земляникой, да вечером пару синявок поджаришь на костре. Белый — его долго жарить. А синявки-сыроежки мы в детстве ели прямо сырые, почему и название у гриба такое — сыроежка.

Бутылочка у меня была на грамм триста, набирал и пил. Когда урожай свой, лишнюю ношу, скинул, вместе с грибами случайно бутылочку выкинул, в пакете лежала. С километр прошел, хоп, а бутылочка-то где? Вернулся — без воды долго не протянешь. Три речки мне встретилось, не знаю, какие.

Зато зверей видел. Лосиху с лосятами. Двух черных лебедей. Черные лебеди, представляете? Там болото и озерко, я близко не стал подходить, метрах в 50 стоял, они плавали. Филин или сова, чуть не полметра высотой, серая такая — рукой достать можно было. Хлопает глазами, в одну точку уставилась. Я притих, стою, посмотрел да отошел.

А там, на Гусевке, медведи были. Медведица ходит с двумя медвежатам. Охотовед наш сказал. Когда искали меня, думали — заходить или не заходить в лес, она же кинется. Меня бог миловал.

Вообще, лес богатый. Смешанный: береза, сосна, пихтА, елка, осина, липа. Где бурелом, где чисто. Ягода — малины красно, на полянке краснющая здоровущая земляника. А уж грибов — ужас сколько. По кромке дороги растут, мостами, хоть ходи да пинай. Теперь я знаю, куда по грибы идти. Но нееет, хватит с меня, я за всю жизнь их наелся, седьмой десяток мне. Все, завязывать пора. Хотя…

Ищут пожарные, ищет полиция

Для поисков Виктора Герасимова были созданы три поисковых отряда из сотрудников полиции и МЧС трех городов: Ревда, Первоуральск, Екатеринбург, плюс волонтеры. Сколько всего людей было задействовано на прочесывании леса, сказать трудно, но только ревдинский ОМВД выставил более десятка, в том числе кинолог со служебной собакой. Полицейской овчарке не удалось взять след по вещи: может быть, потому что слишком земля отсырела. «Растерялась» в лесу и овчарка Виктора Павловича, которую привезли в лес «на удачу»: ну, мало ли, любимый хозяин же.

Поисковики уходили в лес каждый день в разных направлениях и возвращались после темноты.

Как заверили нас в Единой диспетчерской службе, поиски пропавших в лесу организуются сразу же, как только поступит сигнал. Формируются поисковые группы из полицейских и спасателей, обеспечиваются техникой. Единый номер службы спасения — 112 (с мобильного телефона). Номера ЕДДС в Ревде: 8 (343 97) 3-52-16 (диспетчер), 8 (343 97) 2-23-32 (факс).

comments powered by HyperComments
Terminator
2015-08-02 18:08:00
Ладно хоть не Ети (Йети), а то бы тяжко было выходить.. вон "Орм" знает етих Ети, ему больно вспоминать!

Популярное